Человеческие стволовые клетки восстанавливают движение у обезьяны после травмы спинного мозга
После четырёх неудачных попыток исследователи наконец-то выяснили, как поместить трансплантат человеческих стволовых клеток в спинной мозг обезьяны, чтобы создать новые клетки и способствовать заживлению. Был ряд трудностей, замедливших успех: операция требовала большого количества полезных белков, выступающих своего рода «клеем» для трансплантата стволовых клеток, операционный стол приходилось наклонять ровно настолько, чтобы спинномозговая жидкость не смывала трансплантат, а обезьяне требовалось значительное иммуносупрессивное лечение, чтобы её организм не отторг человеческие клетки сразу же.
Сама операция оказалась далеко не самой большой трудностью. После травмы позвоночника организм быстро формирует сеть структурных молекул вокруг повреждённого участка, сводя к минимуму возможность для стволовых клеток образовывать новые ветви аксонов и ограничивая количество полезных молекул и других факторов роста для стволовых клеток. Чтобы преодолеть этот барьер, нейробиологи испытывали коктейли из специальных молекул, способных повысить выживаемость стволовых клеток после имплантации. После безуспешных испытаний на крысах исследователи перешли к обезьянам без особой надежды. Тем не менее обезьяне, прошедшей лечение, удалось всех удивить.
Уже через два месяца после операции у обезьяны от места повреждения выросло огромное количество новых нейронных ветвей. Стволовые клетки развились в зрелые нейроны, а некоторые ветви протянулись на расстояние, равное длине двух фрагментов спинного мозга у человека. Более того, новые ветви соединились с неповреждёнными клетками обезьяны. Связи, образовавшиеся между человеческим нейрональным трансплантатом и собственными аксонами обезьяны, являются обнадёживающим доказательством того, что трансплантированные стволовые клетки способны создавать соединения, необходимые для возобновления произвольных движений рук у человека.
Спустя девять месяцев обезьяна теперь может захватывать простые предметы. Это крупный прорыв для регенеративной медицины, а переход от грызунов к приматам — захватывающий шаг с многообещающим будущим.
